Основные феномены человеческого бытия: любовь, смерть, игра, власть

Основные феномены человеческого бытия: любовь, смерть, игра, власть

Гараджи Бытийный смысл и строй человеческой игры Разломленность человеческого бытия на фрагментарные формы жизни, мужскую и женскую, есть нечто большее, нежели случайные биологические состояния, нежели чисто внешняя обусловленность психофизической организации: Каждый из нас выступает одновременно личностью и носителем пола, индивидом лишь в пространстве рода, каждый из нас лишен другой половины человеческого бытия, лишен в такой степени, что именно эта лишенность и порождает величайшую и могучую страсть, глубочайшее чувство, смутную волю к восполнению и томление по непреходящему бытию -- загадочное стремление обреченных на смерть людей к некоей вечной жизни. О том, как Эрос в своей последней смысловой глубине отнесен к бессмертию смертных, Платон высказывает в"Пире" устами пророчицы Диотимы: К тому, что без труда дается бессмертным богам в их самодостаточности, стремятся смертные люди, которые не в состоянии уберечь свое бытие от разрушительной силы времени, -- и они почти обретают вечность в объятии. Возможно, доставляемое Эросом переживание вечности содействовало выработке человеческого представления о вечности и бессмертии богов, содействовало возникновению понятия бытия, разделившего смертное и бессмертное: Возможно, в человеческой любви коренится та поэтическая сила, что создала миф, и тогда Эрос на самом деле оказался бы старейшим из богов. Все рассмотренные до сих пор основные экзистенциальные феномены суть не только существенные моменты человеческого бытия, но также и источник человеческого понимания бытия, не только онтологические структуры человека, но и смысловой горизонт человеческой онтологии. Тот род и способ, каким мы понимаем бытие, как мы рассматриваем многообразное сущее, как мыслим себе очертания вещи, делаем различие между безжизненным и одушевленным бытием, между видами и родами разнооформленных вещей, как мы толкуем сущность и существование, различаем действительность и возможность, необходимость и случайность и тому подобное -- все это определено и обусловлено своеобразием нашего разума, структурой познавательной способности. Но ведь наш разум есть разум открытого смерти и смерти предуготовленного существа, разум действующего, трудящегося и борющегося создания, разум преимущественно практический, наконец -- разум творения, раздвоенного на две полярные формы жизни и томящегося по единению, исцелению и восполнению.

Феномен страха

Возможно, доставляемое Эросом переживание вечности содействовало выработке человеческого представления о вечности и бессмертии богов, содействовало возникновению понятия бытия, разделившего смертное и бессмертное: Возможно, в человеческой любви коренится та поэтическая сила, что создала миф, и тогда Эрос на самом деле оказался бы старейшим из богов.

Все рассмотренные до сих пор основные экзистенциальные феномены суть не только существенные моменты человеческого бытия, но также и источник человеческого понимания бытия, не только онтологические структуры человека, но и смысловой горизонт человеческой онтологии. Наш разум не безразличен по отношению к основным феноменам нашего существования, неизбежно он является разумом конечного человека, определенного и обусловленного в своем бытии смертью, трудом, гподством и любовью.

Конечность человеческого разума постигается недостаточно, когда ее истолковывают в качестве ограниченности, суженности, стесненности, то есть пытаются определить через дистанцию, отделяющую человеческий разум от некоего гипотетического разума божества или мирового духа. Измеренный божественной меркой, человеческий разум оказывается несущественным, убогим, жалким, тусклым огоньком, изгнанным в дальние дали от сияния, озаряющего вселенную.

Исследование страха как феномена и как проблемы человеческого Гагарин А.С. Экзистенция и экзистенциалы человеческого бытия в современной.

Гараджи Бытийный смысл и строй человеческой игры Разломленность человеческого бытия на фрагментарные формы жизни, мужскую и женскую, есть нечто большее, нежели случайные биологические состояния, нежели чисто внешняя обусловленность психофизической организации: Каждый из нас выступает одновременно личностью и носителем пола, индивидом лишь в пространстве рода, каждый из нас лишен другой половины человеческого бытия, лишен в такой степени, что именно эта лишенность и порождает величайшую и могучую страсть, глубочайшее чувство, смутную волю к восполнению и томление по непреходящему бытию -- загадочное стремление обреченных на смерть людей к некоей вечной жизни.

О том, как Эрос в своей последней смысловой глубине отнесен к бессмертию смертных, Платон высказывает в"Пире" устами пророчицы Диотимы: К тому, что без труда дается бессмертным богам в их самодостаточности, стремятся смертные люди, которые не в состоянии уберечь свое бытие от разрушительной силы времени, -- и они почти обретают вечность в объятии. Возможно, доставляемое Эросом переживание вечности содействовало выработке человеческого представления о вечности и бессмертии богов, содействовало возникновению понятия бытия, разделившего смертное и бессмертное: Возможно, в человеческой любви коренится та поэтическая сила, что создала миф, и тогда Эрос на самом деле оказался бы старейшим из богов.

Все рассмотренные до сих пор основные экзистенциальные феномены суть не только существенные моменты человеческого бытия, но также и источник человеческого понимания бытия, не только онтологические структуры человека, но и смысловой горизонт человеческой онтологии. Тот род и способ, каким мы понимаем бытие, как мы рассматриваем многообразное сущее, как мыслим себе очертания вещи, делаем различие между безжизненным и одушевленным бытием, между видами и родами разнооформленных вещей, как мы толкуем сущность и существование, различаем действительность и возможность, необходимость и случайность и тому подобное -- все это определено и обусловлено своеобразием нашего разума, структурой познавательной способности.

Но ведь наш разум есть разум открытого смерти и смерти предуготовленного существа, разум действующего, трудящегося и борющегося создания, разум преимущественно практический, наконец -- разум творения, раздвоенного на две полярные формы жизни и томящегося по единению, исцелению и восполнению. Наш разум не безразличен по отношению к основным феноменам нашего существования, неизбежно он является разумом конечного человека, определенного и обусловленного в своем бытии смертью, трудом, гподством и любовью.

Конечность человеческого разума постигается недостаточно, когда ее истолковывают в качестве ограниченности, суженности, стесненности, то есть пытаются определить через дистанцию, отделяющую человеческий разум от некоего гипотетического разума божества или мирового духа. Измеренный божественной меркой, человеческий разум оказывается несущественным, убогим, жалким, тусклым огоньком, изгнанным в дальние дали от сияния, озаряющего вселенную. Разум бога не знает ни смерти, ни труда, ни господства над равным, ни любви как стремления по утраченной другой половине своего бытия.

Считается, что божественный разум безграничен, закончен, завершен и блаженно покоится в себе.

Игра неизменно ведет с собой самотолкование. Играющий человек понимает себя и участвующих в игре других только внутри общего игрового действа; ему известна разрешающая, облегчающая и освобождающая сила игры, но также и ее колдовская, зачаровывающая сила. Разрушает ли здесь рефлексия феномен, являющийся чистой непосредственностью жизни? В напряженном соотношении игры и мышления парадигматически выражается общее противоречие между непосредственностью жизни и рефлексией, между в-себе-бытием и понятием, между экзистенцией и сознанием, между мышлением и.

Так как феномен смерти философски предстает одним из экзистенционалов человеческого бытия, то спектр применения наработок статьи.

Что же тогда столь сильно трогает, потрясает и поражает зрителей в самое сердце? На чем основывается чарующая, волшебная сила представления, почему мы смотрим затаив дыхание, как представление цареубийства -- игра в игре -- накладывает в шекспировском"Гамлете" чары на игровое сообщество, которое само принадлежит к игровому миру, почему и сами мы оказываемся под властью этих чар? Ведь считается, что игра есть нечто"нереальное", но при этом не имеется в виду, конечно, что игра как играние не существует вовсе.

Скорее, именно потому, что играние как таковое существует, разыгранного им игрового мира нет. Нет в той простой реальности, где развертываются игровые действия, но игровой мир -- вовсе не"ничто", не иллюзорный образ, он обладает приданным ему содержанием, это сценарий со множеством ролей. Нереальность игрового мира есть предпосылка для того, чтобы в нем мог сказаться некий"смысл", затягивающий нечто такое, что"реальнее" так называемых фактов. Чтобы сохранить выглядывающий из-за фактов смысл, игровой мир должен казаться"ничтожнее" фактов.

В нереальности игры выявляется сверхреальность сущности. Игра-представление нацелена на возвещение сущности. Мы слишком привыкли полагать отнесенность к сущности преимущественно в мышлении, в качестве мыслительного отношения к"идее", ко"всеобщему" как инвариантной структуре, виду, роду и т. Единичное лишь несовершенным образом участвует во всеобщности сущности, единичное связано с идеей через участие, , , отделено от непреходящей и постоянной идеи своей бренностью.

Фактическая вещь относится к сущности как экземпляр -- к виду или роду. Все совершенно иначе в сфере игры, особенно представления. Здесь налицо следующая проблема:

46Проблема смысла жизни. Феномены человеческого бытия.

В статье рассматривается эволюция представлений о страхе и тревоге в истории философской мысли. Дана характеристика философским взглядам на страх и тревогу, сложившимся в разные исторические периоды, показана специфика подходов к выявлению сущности страха и тревоги в истории философии, а также в русской и западноевропейской философской мысли. Прослеживается трансформация взглядов на взаимосвязь тревоги и страха. На основе историко-философского анализа сформулированы ключевые аспекты философского понимания феноменов страха и тревоги — антропологический, онтологический, гносеологический, аксиологический, праксеологический.

Равно и все человеческие страхи Феномен смерти, несмотря на непосредственную связь с . В Первой книге Моисея"Бытие" это описывается так:"И сказал Иуда Онану: войди к жене брата твоего, женись на.

Горького на кафедре истории философии Научный консультант: Бурханов; доктор философских наук, профессор В. Князев; доктор философских наук, профессор В. Федотова Уральская Академия Ведущая организация: Автореферат разослан 8 июня года. Ученый секретарь диссертационного совета Б. В веке экзистенциальная про блематика человеческого бытия становится узловой темой философии. Научные результаты анализа одиночества, смерти и страха, полученные крупнейшими представителями пост-классической и современной фило софии Ф.

Глубокий культурный, мировоззренчес кий, ценностный кризис, постигший западную цивилизацию, обнажил те фундаментальные основания человеческого бытия, которые таились под тектоническими культурными породами. В поле зрения филосо фии попадает, прежде всего, человек в настоящем времени перед лицом бытия и вечности, а реалии ушедших эпох и историко-философские наблюдения оказываются по большей части иллюстративным материа лом, подтверждающим основные выводы.

Это ни в коей мере не устраня ет актуальности другой научной задачи - исследовать условия проявле ния экзистенциалов в философских школах, стоявших у истоков запад ноевропейской мысли, заложивших основы европейской культуры, сфор мировавших ментальные структуры эпох античности, Средних веков, Возрождения и Нового времени. Именно эта задача и была поставлена автором настоящей диссертационной работы.

Экзистенциалы человеческо го бытия - одиночество, смерть и страх стали предметом научного иссле дования преимущественно в философии - века. Наибольшее вни мание уделяли изучению феноменов одиночества, смерти и страха мыс лители философии жизни, философы-экзистенциалисты, представители психоаналитических школ, пост-классической философии и постмодер низма.

Основные феномены человеческого бытия

Соотношение социального и биологического в человеке Человек — биосоциальное существо. Каждая сделанная вещь, каждое новое отношение к природе и каждое изменение в родовом коллективе, вызываемое необходимостью решать возникающие проблемы а их число непрерывно возрастает , все это требует нервного напряжения, работы ума, гибкости в приспособлении к окружающим условиям, подвижности и сознательности в реакциях на родо-племенные, гражданские и имущественные отношения.

Естественно, что шансов выжить в таких условиях больше у тех индивидов, которые располагают биологической и психологической предрасположенностью жить в обществе, обладают лучшей способностью анализировать социальную реальность. Социальная среда, таким образом, становится важнейшим фактором естественного отбора.

Так, в году вышла книга А. Ю. Демидова «Феномены человеческого бытия», «Экзистенциалы человеческого бытия: одиночество, смерть, страх».

Среди важнейших мировоззренческих вопросов, которые на протяжении всей истории решала философия, одно из центральных мест занимали проблемы человека. Человек - это центр бытия, а бытие является основным понятием философии. Поэтому вопрос о сущности человека, его происхождении и назначении, месте человека в нашем мире - одна из основных проблем философской мысли. Человек - это предельно общее понятие для обозначения субъекта исторической деятельности, то есть понятие"человек" употребляется для характеристики всеобщих, присущих всем людям качеств и способностей.

Человек - это биосоциальное существо, так как он наделен не только биологическими качествами, но и является продуктом общества. Человек - существо, которое сознает свое место во Вселенной, и пока жив, сохраняет это сознание. Существует множество феноменов человеческого существования: Самый ранний феномен, который исследовали еще античные философы - смерть. Наше сознание не хочет принимать неизбежность смерти. Биологи утверждают, что смерть - цена, которую нужно платить за дифференциальное развитие.

Смерть, к которой мы приговорены законами эволюции, может переживаться человеком только как индивидуально-личностное, как личностная трагедия. Фрейд утверждал, что никто по-настоящему в свою собственную смерть до конца не верит. Рационально познать пустоту небытия, царство мертвых, осмыслить уход в"ничто" до конца невозможно. Поэтому смерть как темная устрашающая сила неумолимо открывает человеку прежде всего себя самого, сталкивая его со своей собственной судьбой, и поэтому становиться мощнейшим стимулом человеческой мысли.

А. Б. Демидов. ФЕНОМЕНЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО БЫТИЯ

Шопенгауэр — один из тех мыслителей, чьим творчеством предваряется эпоха новейшей, так называемой"неклассической" философии. Его суждения и выводы полны парадоксов, непривычных для"здравого смысла". Например, человек не свободен, поскольку он действует по своей"воле"" удовольствие отрицательно, а страдание положительно; жизнь — ошибка, смерть — ее исправление. Далее мы увидим, на каких основаниях утверждаются эти парадоксальные тезисы.

Тема смерти занимает значительное место в главном сочинении Шопенгауэра, и в этом повороте к данной теме тоже проявляется его отход от предшествующей"классической" философии. Ложность жизни и подлинность не-жизни В чем же состоит"ложность" жизни и подлинность не-жизни?

Диссертация года на тему Экзистенциалы человеческого бытия - одиночество, Феномены одиночества, смерти и страха анализуются в трудах.

Итак, феномен - по определению новейшего словаря иностранных слов: Необычное, очень редкое явление В философии всякое явление, постигаемое при помощи органов чувств - в противоположность ноумену, постигаемому разумом В каком же значении предполагается рассматривать то, что определяется как феномен? В первом - как присущий в определённом понимании лишь виду гомо сапиенс, в отличие от всех прочих живых существ. И во втором, но с анализом причин и особенностей этого феномена в человеческом бытии.

Дефиниция слова"страх" по привычке берётся из"Толкового словаря" Даля. Как водится, в этом словаре приводятся производные от корневого слова, отражающие в языке происходящее в жизни людей. Или"Иная вера со страхом, иная с любовью". И - такое разное, как"страшный суд","страшно дорого","страховка". Некоторые примеры в той же словарной статье"Страх" заставляют задуматься.

А что можно сказать об этом: В наше время появляются свидетельства возвращающихся к жизни после констатации клинической смерти, но сохраняется ли при этом, возможно, как-то обоснованная тайна загробного, потустороннего мира Но и это тема во всяком случае вне данного опуса.

Основные феномены человеческого бытия Финк Э. \ Бытийный смысл и строй человеческой игры

Гараджи Бытийный смысл и строй человеческой игры Разломленность человеческого бытия на фрагментарные формы жизни, мужскую и женскую, есть нечто большее, нежели случайные биологические состояния, нежели чисто внешняя обусловленность психофизической организации: Каждый из нас выступает одновременно личностью и носителем пола, индивидом лишь в пространстве рода, каждый из нас лишен другой половины человеческого бытия, лишен в такой степени, что именно эта лишенность и порождает величайшую и могучую страсть, глубочайшее чувство, смутную волю к восполнению и томление по непреходящему бытию -- загадочное стремление обреченных на смерть людей к некоей вечной жизни.

О том, как Эрос в своей последней смысловой глубине отнесен к бессмертию смертных, Платон высказывает в"Пире" устами пророчицы Диотимы: К тому, что без труда дается бессмертным богам в их самодостаточности, стремятся смертные люди, которые не в состоянии уберечь свое бытие от разрушительной силы времени, -- и они почти обретают вечность в объятии. Возможно, доставляемое Эросом переживание вечности содействовало выработке человеческого представления о вечности и бессмертии богов, содействовало возникновению понятия бытия, разделившего смертное и бессмертное:

Человек как философская проблема. Понятие человека. Феномены человеческого существования: Смерть -Свобода -Страх -Страдание - Здоровье.

Паскаль, — но он — тростник мыслящий. Чтобы его уничтожить, вовсе не надо всей Вселенной — достаточно дуновения ветра, капли воды. Человек — существо, которое сознает свое место во Вселенной, и пока жив, сохраняет это сознание. Вся последующая философия была буквально пропитана этой мыслью Анаксимандра — ни Платон, ни Аристотель, ни Плотин не смогли бы без нее ничего создать. Наше сознание не хочет принимать неизбежности смерти.

В своих упованиях, надеждах, мечтаниях каждый из нас как бы ставит себя над ними, побеждает их. И тем ненавистнее становятся для современного человека фактологичность и необходимость смерти, сохранившей и перед лицом науки свой священный ужас и свою тайну. Дисгармония культурного сознания достигает максимума. Человек жаждет уверовать в то бессмертие , во что он уверовать уже не в силах, ибо власть научных истин над ним слишком велика.

Феномены бытия человека (свобода, смысл жизни, любовь, смерть и др)

В бесконечном времени смысл никогда не раскрывается, смысл лежит в вечности. Но между жизнью во времени и жизнью в вечности лежит бездна, через которую переход возможен только лишь путем смерти, путем ужаса разрыва. Гейдеггер говорил, что обыденность парализует тоску, связанную со смертью. Обыденность вызывает лишь низменный страх перед смертью, дрожание перед ней как перед источником бессмыслицы. Смерть есть не только бессмыслица жизни в этом мире, тленность ее, но и знак, идущий из глубины, указывающий на существование высшего смысла жизни.

Не низменный страх, но глубокая тоска и ужас, который вызывает в нас смерть, есть показатель того, что мы принадлежим не только поверхности, но и глубине, не только обыденности жизни во времени, но и вечности.

ОСНОВНЫЕ МОДУСЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО БЫТИЯ: Феномены тела и Буквально страх - это психическая реакция, связанная с предчувствием.

, 02В определенном смысле страх всегда был в центре всякой подлинной философий, если согласиться с тем, что философия рождается из неуверенности человека относительно своего происхождения и своей судьбы. Гроссман В определенном смысле страх всегда был в центре всякой подлинной философий, если согласиться с тем, что философия рождается из неуверенности человека относительно своего происхождения и своей судьбы.

Таким образом, исследование философского смысла явления страха могло бы быть связанно со всей историей человечества. Но мы не можем помышлять о подобном исследовании Мы хотели бы ограничиться рассмотрением смысла явления страха в философской традиции, наиболее яркой для своего времени, той, которая берет свое начало у молодого Гегеля и Киркегора и заканчивается экзистенциалистской философией.

Однако, поступая так, мы никоим образом не ограничиваем себя, так как истинную философию страха следует искать именно у этих авторов. Дело в том, что между древними и современными текстами, посвященными явлению страха, есть одно общее существенное различие: Это различие связано, главным образом, с изменением самой онтологии чувства, являющегося одним из основных моментов современной философской мысли.

Перестав рассматривать чувство как тип внутреннего толкования, не-рационального и более или менее адекватного внешним событиям, современная мысль пытается, особенно начиная с Хайдеггера, понять чувство как способ бытия человека. И, в частности, как такой способ бытия, благодаря которой человек поддерживает или восстанавливает свою связь с совокупностью всего, что есть, связь, без конца компрометируемую мыслью по крайней мере, мыслью не философской и действием, которые могут достичь своей общей цели лишь путем дробления и деления на части.

Человек может думать лишь о том или о другом, он может делать только то или это.

Biblical Series I: Introduction to the Idea of God


Comments are closed.

Жизнь без страха не просто возможна, а полностью реальна! Узнай как можно стать бесстрашным, кликни тут!